Лиссабонский суд: Тесты на Covid-19 недостоверны и не могут являться основанием для ограничения прав человека

Лиссабонский суд: Тесты на Covid-19 недостоверны и не могут являться основанием для ограничения прав человека

В своё время лиссабонское землетрясение предотвратило попытки мировой колониальной экспансии и было объявлено Божьим примышлением…

11 ноября 2020 года Апелляционный суд Лиссабона вынес достаточно нестандартное решение против Азорского регионального управления здравоохранения, объявившего обязательный карантин четырех человек.[1] Один из них получил положительный результат теста на полимеразную цепную реакцию (так называемый тест-ПЦР, который используется во всех странах мира, в том числе и в России, для обнаружения Covid-19). Исполнительный орган в сфере здравоохранения посчитал, что остальные трое туристов подверглись высокому риску заражения. В связи с этим региональное управление здравоохранения решило, что все четверо являются инфицированными и опасными для здоровья окружающих, и потребовало их изоляции.

Суд, вынося решение о незаконности карантинных мер, использовал следующие аргументы, устанавливающие, в том числе, факт недостаточной надежности тестов ПЦР и тот факт, что одного только теста будет недостаточно для ограничения свободы передвижения человека и гражданина:

Медицинский диагноз — это медицинское действие, полномочие на которое имеет только врач, и только врач будет нести за него единоличную и полную ответственность. Никакое другое лицо или учреждение, включая правительственные учреждения или суды, не имеет таких полномочий. Региональное управление здравоохранения Азорских островов не вправе объявлять кого-либо больным или представляющим опасность для здоровья других граждан на основании указа или закона, а также в качестве автоматического административного следствия результатов лабораторных испытаний, независимо от того, какие именно.
Постановка диагноза без предварительного медицинского наблюдения за пациентом, без участия сертифицированного врача (который мог бы оценить симптомы и запросить тесты/исследования,) или любого акта бдительности в области общественного здравоохранения (например, определение наличия вирусной инфекции или высокого риска заражения) будет нарушать ряд законов и постановлений и может стать преступлением в случае, если указанные действия совершаются неуполномоченным лицом, не являющимся сертифицированным врачом.
Управление здравоохранения Азорских островов нарушило статью 6 Всеобщей декларации о биоэтике и правах человека[2], поскольку оно не представило доказательств того, что информированное согласие было дано лицами, прошедшими ПЦР, которые жаловались на принудительный характер карантинных мер.
Исходя из этого, суд сделал вывод о том, что признать человека зараженным вирусом Covid-19 и ограничить в связи с этим его право на свободу передвижения можно только с участием сертифицированного врача, после проведения исследования и постановки диагноза, а не только на основании результатов ПЦР-теста.

Кроме того, в данном решении содержатся рассуждения относительно природы тестов ПЦР, на основании которых сегодня во многих странах делают выводы о наличии заболевания у людей:

«Основываясь на имеющихся в настоящее время научных данных, тест ОТ-ПЦР сам по себе не может утвердить, что положительный результат действительно соответствует инфицированию вирусом SARS-CoV-2, по нескольким причинам, среди которых два аспекта имеют первостепенное значение: надежность теста зависит от количества использованных циклов; надежность теста зависит от присутствующей вирусной нагрузки.
Суд констатирует, что при использовании теста с помощью ПЦР после 35 циклов или выше и положительном результате вероятность того, что «этот человек инфицирован составляет <3%, а вероятность того, что указанный результат является ложноположительным, составляет 97%».
Таким образом, судебная система Португалии создает в правовом поле прецедент о том, что опираться только на современные тесты ПЦР при решении вопроса об ограничении права на свободу передвижения категорически запрещено, такой акт будет являться незаконным и безосновательным.

«Сейчас силы страны сосредоточены на чрезвычайных ситуациях. Но в связи с необходимостью защиты основных прав, в том числе и, прежде всего, в чрезвычайных ситуациях, суды обязаны исполнять свои функции. Помимо медицины и науки, право — и в первую очередь институт прав человека — должно быть на первом месте: не запрещать и не наказывать, как это часто бывает в наши дни, а гарантировать и защищать. Сегодня чрезвычайной ситуацией мы называем коронавирус, что чрезвычайной ситуацией будет завтра — мы не знаем. Те действия, которые мы совершаем или не совершаем сегодня, чтобы поддерживать соответствие фундаментальным принципом системы, может определять наше будущее. Законодательные беспорядки, возникшие по причине необходимости сдерживания распространения Covid-19, не должны вредить праву на свободу, безопасность, и, в конечном итоге, абсолютному праву на человеческое достоинство».

В данном абзаце суд обращает внимание на первостепенность основных конституционных прав и свобод, на необходимость сохранять действие фундаментальных принципов правовой системы государства, тем самым подчеркивая их приоритет. В описанной ситуации на Азорских островах орган исполнительной власти, выбирая между реализацией важнейшего конституционного права на свободу передвижения и результатами теста, точность которого неоднократно ставилась под сомнение представителями научных кругов, отдал предпочтение последним.

В связи с этим вызывает интерес позиция национальной судебной системы по вопросу соблюдения конституционных прав граждан при наличии сложной эпидемиологической ситуации.

На днях Симоновский районный суд города Москвы вынес обвинительный приговор блогеру, опубликовавшему на своем канале два видеоролика, и приговорил его к штрафу в размере 400 000 рублей за публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан (статья 207.1 УК РФ). В одном из роликов присутствует рассуждение о природе Covid-19 и мнение о том, что данный вирус имеет генетическую и национальную предрасположенность. Российская правовая система, как и международный институт прав человека, признает право на свободу слова, мысли и убеждений; цензура в любом ее проявлении не допускается; никто не может быть принужден к отказу от своих мнений и убеждений; каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. В российской правовой системе допускается ограничение конституционных прав граждан отдельными федеральными законами в случаях, когда это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Однако о соразмерности и разумности подобных ограничений в свете последнего решения суда Португалии встаёт дискуссионный вопрос.

Статья 207.1 была введена в Уголовный кодекс 1 апреля 2020 года в целях противодействия распространению заведомо ложной информации о новой коронавирусной инфекции.

Особенность субъективной стороны этого состава заключается в «заведомой ложности» информации для лица, ее распространяющего, а также в наличии прямого умысла на создание, например, паники, социального волнения. Более полные знания о природе коронавируса, вероятнее всего, ещё будут формироваться ближайшие несколько лет, путем проведения огромного количества научных исследований, в частности определения заражения вирусом организма и способов его лечения. Можно ли утверждать что любое, пусть даже кажущееся абсурдным, утверждение о сущности Covid-19 является заведомо ложным при условии, что информация о нем ещё формируется?

Есть ли способ отличить искренние убеждения человека от стремления распространить заведомо ложную информацию? Можно ли запретить гражданам быть ВИЧ-диссидентами, верить в теорию о плоской земле или инопланетян и делиться своими идеями? Есть ли смысл существования свободы слова, если в судебном порядке можно признать одни убеждения имеющими право на существование, а другие уголовно-наказуемыми?

Сравнивая ситуацию с принудительным карантином на Азорах и уголовной ответственностью за распространение заведомо ложной информации можно сделать вывод о том, что в отличие от португальских судов, наша судебная система предпочитает сохранению конституционных ценностей их ограничение.

[1]http://www.dgsi.pt/jtrl.nsf/33182fc732316039802565fa00497eec/79d6ba338dcbe5e28025861f003e7b30?OpenDocument

[2] Всеобщая декларация о биоэтике и правах человека, принятая резолюцией Генеральной конференции ЮНЕСКО по докладу Комиссии III на 18-м пленарном заседании 19.10.2005

Авторы: Виталина СтепановаДмитрий Казаков

Лиссабонский суд: Тесты на Covid-19 недостоверны и не могут являться основанием для ограничения прав человека

admin77